Астрология и писхология. Стефан Арройо

Современная наука и психология

Феномен человека должен оцениваться в кос¬мическом масштабе.
Тейяр де Шарден

Так же как мы переживаем сегодня всемирную револю¬цию в средствах коммуникации, общественных моде¬лях и международных отношениях, мы испытываем и револю¬цию в наших взглядах на человека и на вселенную. Вращаю¬щееся колесо перемен никогда не останавливается, но сегодня мы, по-видимому, находимся в критической точке, где закан¬чивается старый жизненный цикл и начинают проявляться первоначальные характеристики наступающего цикла. Нау¬ка в целом и психология как самостоятельная дисциплина должны реагировать на эти изменения (и на меняющиеся по¬требности современных людей) творческим и непредубежден¬ным образом. Большинство людей все еще ожидает от «науки» и так называемых «научных экспертов» ответов на существу¬ющие дилеммы, но слишком часто психологи, психиатры и другие специалисты, которые претендуют на знание ответов, мало что могут предложить обычному человеку. Смысл и значимость персонального опыта (истинная сфера любого личностно-ориентированного психологического исследования) ред¬ко освещаются этими специалистами. Лишь немногие специ¬алисты предпринимали значимые шаги к синтезу современ¬ных знаний в таком направлении, на которое может отзывать¬ся глубочайшая суть человека, например, д-р Карл-Густав Юнг и Пьер Тейяр де Шарден.

Но большей частью те, кто неискренне уверяют в предан¬ности высшим идеалам поисков истины, унификации совре¬менного миропонимания и помощи своим собратьям, слиш¬ком часто отказываются рисковать, предпочитая уединение в своей профессиональной специализации. Очень редко нахо¬дится человек, наделенный яркими творческими способностя¬ми и смелостью, готовый выдержать критические обвинения современников и коллег, который решает действовать по этим высшим идеалам.
Мы обнаруживаем, что в современной западной культуре человек все больше и больше отчуждается от себя и своей культуры. Он не имеет контакта со своими основами и корня¬ми. Его традиции и культурные ценности разрушаются или отбрасываются. Человеку сегодня необходимо вновь устано¬вить контакт с сущностью человеческих традиций и с сутью своей психической жизни, обе из которых переступают пре¬делы пространства и времени.
Насколько мне известно, ни одна «теория личности» в психологии не достигла понимания и описания Универсально¬го Человека. Поэтому стоит обратиться к теориям, идеям и опыту, которые верны для каждого человека. Это, конечно, трудная задача, но так как возникает глобальное общество, нам стоит подготовить почву для его успешного рождения, обретая понимание, что же реально представляет собой чело¬век. Какова же природа приближающегося нового мирового порядка? Хастон Смит, профессор философии и автор книги «Религии человечества» (H.Smith «The Religions of Man») утверждает:

 Есть ... три великие цивилизации: Западная, Восточно-Азиатская (Китайская) и Южно-Азиат¬ская (Индийская). Исторически, во время периодов подъема, каждая из них специализировалась на одной из трех проблемных сфер: Запад — на природе, Китай — на общественных отношениях, а Индия — на пси¬хологических взаимосвязях. Если изложенная вы¬ше гипотеза верна, каждой цивилизации стоит по¬учиться у двух других в сферах, которыми она пренеб¬регала.

Во-первых, мы можем взять у Китая уважение к семье, отношение к старости и отношение к персо¬нальной сфере в противоположность к отношению к обществу, т.е. высшую верность сообществу, скон¬центрированную на семье. Из четырех целей челове¬ка, которые признаются в Индии, т.е. наслаждение, земной успех, долг и освобождение, Запад интересо¬вался исключительно первыми двумя, с незначитель¬ным вниманием к долгу и полным отсутствием вни¬мания к освобождению...
Во-вторых, новая цивилизация будет более эколо¬гической. Как отмечалось раньше, внимание Запада было поглощено природой. Китай и Индия тоже ин¬тересовались природой, но в духе Вордсворта, а не Галилея. Западное восприятие — это чувство господ¬ства над природой... Сейчас идут поиски нового, но как насчет качества?.. Я верю, что мы вернемся к торжеству простоты в экологическом аспекте новой цивилизации.
Мое третье предсказание о новой цивилизации за¬ключается в том, что, когда придет время, возник¬нет более духовная ориентация по отношению к ми¬ру. В 19 веке мы рассматривали природу как машину, в 20 веке мы рассматриваем природу как организм, с меньшим детерминизмом и большей свободой.

  Можем ли мы экстраполировать от механистического подхода в 19 веке, биологического в 20 веке к психоло¬гическому взгляду в 21 веке?.

И наконец, мы будем вступать в новую мировую цивилизацию в той мере, насколько мы способны до¬стичь нового паттерна жизни, который представ¬ляет собой некий синтез трех основных акцентов прошлых цивилизаций: природы, общества и своего «Я».

Ганс Стоссель формулирует современную потребность че-ловека следующим образом:
Сегодня необходимо прийти к более глубокому, духовному, космическому пониманию; потребность этого столетия — открытие. Оно должно быть вре¬менем обретения понимания (а не только веры), как быть в согласии со вселенной.
Именно этот синтез, этот союз человека с природой и чув¬ство единства со вселенной может принести современному человеку астрология. Психолог Роберт Л. Мэрроун пишет: «Мысли человека о природе и его взаимосвязи с природой на протяжении летописной истории унижали или возвышали его, отделяли его от природного мира или объединяли его со вселенной». Чувство отдаления современного человека от природы и отсутствие отождествления с космосом объясняют, почему астрология должна быть «доказана», прежде чем мно¬жество людей признает ее как имеющую силу науку или ис¬кусство. Практически каждая культура, которую мы знаем, имела некоторую форму астрологии, но это не было связано с отсутствием «современного просвещения», а скорее с их не-посредственным ощущением единства с космическим окруже¬нием. Популярные псевдонаучные предубеждения и привер¬женность к устаревшим научным теориям со стороны ученых,

 просветителей и публики в целом являются одним из основ¬ных препятствий на пути нового синтеза знаний и новых на¬дежд на будущее человека. Кажется, что большинство акаде¬мических психологов поступает именно так, против чего пре¬достерегал Роберт Оппенгеймер, т.е. стремится формировать психологическую науку, опираясь на физику образца прош¬лого века. Если мы посмотрим на современную физику, то увидим невероятное разнообразие и такие понятия как анти¬вещество и неопределенность, описания которых звучат более похоже на мистический отчет о религиозном экстазе, чем на то, что мы привыкли ожидать от научных трудов. Однако большинство исследователей-психологов продолжает дейст¬вовать так, как если бы они были биохимиками или физиками прошлого века. Поэтому, хотя астрологи-практики могут из¬влечь пользу из знакомства с определенными знаниями и про¬цедурами современной психологии, они должны остерегаться недооценки астрологии и переоценки эффективности совре¬менной психологии в своих попытках достичь более утончен¬ной и респектабельной астрологической практики. Как гово¬рил Карл-Густав Юнг: «Очевидно, что астрология может мно¬гое предложить психологии, но менее очевидно то, чем по-следняя может содействовать своей старшей сестре».

Наука — это мощное орудие, как и астрология. Знания, приобретаемые благодаря этим методам, могут быть исполь¬зованы для двух целей: для манипуляции или для понимания. К сожалению, наука на Западе использовалась в основном для первой цели, не только в сфере естественных наук, но и в психологии. Физик-философ Л.Л.Уайт пишет: «Наука сама по себе могла бы извлечь пользу из более полного признания подсознательных предпочтений, которые направляли ее исто¬рическое развитие и все еще существуют и по сей день». При¬шло время, чтобы наука в целом и астрология и психология в частности приняли на себя новое обязательство по поиску истины и понимания, а не просто по сбору разрозненных фак¬тов. Хотя астрология тоже использовалась и может быть использована для целей манипуляции, ее синтез с лучшими знаниями психологии может обеспечить нас хорошим средст¬вом для глубокого понимания себя, вселенной и других людей.

Хотя некоторые ученые (включая психологов) пытаются отстаивать идею, что необходим новый и творческий подход, чтобы наука могла двигаться вперед, они же, по природе своих позиций и персонального отождествления с «наукой», препят¬ствуют развитию такого подхода. Другими словами, они не имеют представления об истинном творческом процессе (в отличие от простого сбора и сопоставления фактов). Многие не осознают, что раздвоение их личности (профессионально «объективной», но персонально «субъективной») мешает воз¬никновению у них творческого процесса. Это обусловлено тем, что творчество представляет собой продукт индивидуаль¬ной целостности и интеграции личности или стремления к такой целостности. Как пишет в своей работе Рудин (Rudin «Psychotherapy and Religion»): «Человек не может ускольз-нуть от собственной души, не калеча свою жизнь и не приго¬варивая себя на болезнь в физической сфере и на предатель¬ский, стереотипный труд в интеллектуальной сфере». По-ви¬димому, последователи и ученики истинных первопроходцев в любой сфере, уверенные, что они обнаружили истину, вско¬ре становятся косными и фанатичными и замораживают идеи теоретика-новатора, что на десятилетия сдерживает процесс нового развития. Аналогичный процесс происходил и в неко¬торых астрологических кругах, приводя к дроблению и разно¬гласиям в той сфере, которая отчаянно нуждается в непреду¬бежденном единении.
Люди, совершившие творческий прорыв, чьи имена по¬читаются последующими поколениями, всегда относились к тем, кто по-настоящему открыт для всего нового. Именно эта открытость приводит творческого человека в сферы исследо¬ваний и мышления, которые являются профессионально не¬ортодоксальными и культурно нешаблонными. Как отмечал Алфред Норт Уайтхед, практически все действительно новыеидеи имеют определенный аспект глупости, впервые появля¬ясь на свет. Нам нужно только посмотреть на имена и жизнен¬ный путь некоторых величайших созидателей Западной куль¬туры, чтобы осознать, как много из них было занято исследо¬ваниями в сферах, на которые было наложено официальное табу в то время. Эйнштейн говорил о «мистическом» опыте изначального постижения и о «религиозном» чувстве истин¬ного понимания:

Наиболее прекрасная и самая глубокая эмоция, ко¬торую мы можем испытать, — это ощущение таин¬ственного. Это сила всей истинной науки. Понима¬ние, что то, что непостижимо для нас, реально су¬ществует, проявляясь как высшая мудрость и сияю¬щая красота, которую наши слабые возможности могут постичь в наиболее примитивных формах, — это понимание представляет собой центр истинной религиозности.

Карл-Густав Юнг не только использовал астрологию в ка¬честве психологического орудия в своей практике, но также потратил многие годы на исследование психологических ас¬пектов алхимического символизма. В конце своей карьеры Зигмунд Фрейд писал в письме: «Если бы я мог прожить жизнь снова, я бы посвятил ее духовным исследованиям, а не психо¬анализу». Астроном и физик Кеплер говорил о том, что у него было сильное желание не верить в эффективность астрологии, но «неизменное совпадение звездных конфигураций и земных событий вызвало у него вынужденную веру». К другим изве¬стным астрологам-ученым относятся Фрэнсис Бэкон, Бенджамин Франклин, Джон Непер (изобретатель логарифмов) и Исаак Ньютон. Ведь именно Ньютон, когда его спросили, что он хочет изучать в Кембридже, лаконично ответил: «Матема¬тику, чтобы я мог проверить астрологию». А на упреки Галлея (первооткрывателя кометы) за веру в такое суеверие Ньютон ответил: «Очевидно, что вы не заглядывали в астрологию, я же это делал».

Чем больше мы узнаем о жизни, тем больше склонны приходить к идеям, которые объединяют многие жизненные сферы и многие интеллектуальные дисциплины. Такие уни¬фицирующие идеи отчаянно нужны сегодня, особенно в сфере психологии — науки, которая наиболее тесно связана с жиз¬нью человека. Для меня очевидно, что астрология представ¬ляет собой именно тот паттерн порядка и единства, которого недостает сегодня психологии. Целостность, здоровье и интег¬рация отдельного человека — это отправная точка для здо¬ровья и жизнеспособности общества. Как может общество, чьи образовательные учреждения проповедуют фрагментарный подход к жизни и искаженный взгляд на мир, порождать здо¬рового творческого индивидуума? То, что сейчас нужно боль¬ше всего, особенно в сфере образования, — это тщательное исследование наших предположений о природе человека и смысле его существования. Если мы будем честные собой, то сможем быть открыты к тому, что существует. Тогда, чтобы создать новую психологию (и астрологию), сосредоточенную на здоровье и целостности индивидуума, мы должны начать развивать истинную науку жизни, имеющую дело со всем психо-физическим существованием, фокальной точкой кото¬рого является сознание. Но, прежде чем мы сможем сделать это, мы должны освободиться от устаревшего пристрастия ма¬териалистического мышления и признать, что различные ви¬ды исследований требуют разных подходов.